Постановление пленума о мошенничестве присвоении и растрате

Полезная информация по теме: "Постановление пленума о мошенничестве присвоении и растрате". Здесь собрана и обработана имеющаяся информация по теме. Мы постарались приподнести ее в удобном и понятном виде. Если у вас возникнут вопросы, просьба задавать их нашему дежурному консультанту.

Содержание

Официальный сайт
Верховного Суда Российской Федерации

Мошенничество отделят от краж. Пленум ВС разъяснил, как правильно оценивать аферы

Верховный суд (ВС) России сделал очередной шаг в сторону либерализации уголовного законодательства в сфере предпринимательской деятельности. Пленум ВС рекомендовал вчера судам закрывать дела в тех случаях, когда следствию не удалось доказать, что подсудимый изначально имел умысел на совершение хищения чужого имущества. Кроме того, ВС считает правильным признавать обычными хищениями некоторые виды компьютерных мошенничеств. При этом аферы, в результате которых граждане теряют свое жилье, предлагается расценивать только как тяжкие преступления.

Уголовная ответственность за деяния, связанные с «неисполнением договоров», то есть совершенные в сфере предпринимательской деятельности, должна наступать только в тех случаях, когда установлено, что умысел на хищение чужого имущества возник у подсудимого еще до совершения преступления. Если же наличие изначального преступного умысла не доказано, отметила выступавшая на вчерашнем пленуме ВС судья Верховного суда Татьяна Хомицкая, то речь может идти о гражданско-правовых отношениях, само же дело «должно быть прекращено».

ВС детализировал и практику рассмотрения дел о кибермошенничествах и преступлениях, связанных с использованием банковских карт. Например, если мошенник снял деньги потерпевшего, воспользовавшись его персональными данными, в частности, через «Мобильный банк» в похищенном или одолженном сотовом телефоне, то такие действия нужно квалифицировать не как мошенничество в сфере компьютерной информации (159.6 УК РФ), а как простую кражу (ст. 158 УК РФ). Также как кражу, а не компьютерное преступление, следует рассматривать хищение имущества через поддельные сайты благотворительных организаций, интернет-магазины и т. п. Аналогичная рекомендация в проекте постановления пленума Верховного суда содержится и для тех случаев, когда злоумышленник снял с чужой карты деньги в банкомате, вне зависимости от того, похитил ли он ее или потерпевший сам передал ее преступнику, сообщив свои персональные данные «под воздействием обмана или злоупотребления доверием».

Не решенными окончательно остались вчера два вопроса. Участники пленума не пришли к единому мнению, что считать местом преступления при хищении безналичных средств — местонахождение преступника или банк, из которого были украдены средства. Также мнения разделились по вопросу о том, какой момент следует считать окончанием кибермошенничества или хищения средств с использованием банковских карт. В одном из вариантов постановления предлагается преступление считать оконченным с момента зачисления украденных средств на банковский счет злоумышленника, в другом — с момента списания денег со счета их владельца. Отметим, что от решения этих вопросов зависят подследственность и подсудность уголовных дел. Участвовавший в пленуме замгенпрокурора РФ Леонид Коржинек, к примеру, поддержал первый вариант. «В стране уже сложилась судебная практика считать преступления оконченными с момента поступления похищенных средств в незаконное владение»,— заявил он. Как бы то ни было, решения по спорным вопросам в ВС еще будут доработаны.

Газета «Коммерсантъ» №212 от 15.11.2017

Пленумом Верховного Суда РФ даны новые разъяснения по делам о мошенничестве, присвоении и растрате

Пленум Верховного суда России 30.11.2017 принял постановление № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

В Постановлении содержатся новые разъяснения, в том числе в связи с включением в Уголовный кодекс РФ новых статей, предусматривающих ответственность за мошенничество в сфере кредитования, при получении выплат, мошенничество с использованием платежных карт, в сфере страхования и компьютерной информации.

Постановление содержит ряд изменений, касающихся вопросов, квалификации и расследования преступлений, связанных с преступлениями связанными с хищением имущества путем обмана или злоупотребления доверием.

Так, в п. 5 появилось разъяснение, согласно которому, если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб.

Таким образом, разрешен вопрос о месте совершения преступлений указанной категории. В соответствии с предыдущими разъяснениями, местом совершения преступления считалось место открытия расчетного счета, куда поступили денежные средства, что нередко приводило к длительному проведению процессуальных проверок, а также принятия неоднократных решений о направлении указанных сообщений в другие регионы, что препятствовало своевременному принятию процессуальных решений о возбуждении уголовных дел.

Пунктом 9 указано на необходимость квалификации преступных действий по части 4 статьи 159 УК РФ, если в результате мошенничества гражданин лишился права на жилое помещение, независимо от того, являлось ли данное жилое помещение у потерпевшего единственным и (или) использовалось ли оно потерпевшим для собственного проживания.

Постановлением введены положения, указывающие, что мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, признается уголовно наказуемым, если это деяние повлекло причинение ущерба индивидуальному предпринимателю или коммерческой организации в размере десяти тысяч рублей и более.

Признано утратившим силу Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 N 51.

ВС РФ о мошенничестве и растрате (Маликова Н.)

Дата размещения статьи: 27.02.2018

На заседании Пленума ВС РФ 30 ноября 2017 года было принято Постановление N 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» (далее — Постановление N 48). Это получилось не с первого раза — на заседании, состоявшемся двумя неделями ранее, документ был отправлен на доработку. Рассмотрим самые интересные новеллы Постановления N 48, в том числе и те, что вызвали наиболее оживленные дискуссии среди его разработчиков.

Аферы с жильем

Неисполнение договора

Кредитные махинации

Киберпреступления

— распространения заведомо ложных сведений в информационно-телекоммуникационных сетях, включая сеть Интернет, например, посредством создания поддельных сайтов благотворительных организаций, интернет-магазинов, использования электронной почты (применяется ст. 158 УК РФ).
Стоит отметить, что в текст Постановления N 48 не был включен вывод, заявленный в п. 1 его проекта, обсуждавшегося на заседании Пленума ВС РФ 14 ноября 2017 года, о том, что вмешательство в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации либо информационно-телекоммуникационных сетей является способом хищения при мошенничестве в сфере компьютерной информации. Разработчики документа не смогли прийти к однозначному мнению о том, является ли такое вмешательство самостоятельным способом хищения, или это всего лишь одна из разновидностей обмана.
Таким образом, вопрос о способе хищения при мошенничестве в сфере компьютерной информации остался неразрешенным.

Читайте так же:  Уведомление о переименовании структурного подразделения образец

Мошенничество с безналичными деньгами

В помощь судам

Подводя итог, отметим, что в Постановлении N 48 Пленум ВС РФ разъясняет вопросы применения и иных, относительно новых, норм главы 21 УК РФ о мошенничестве:
— при получении выплат (ст. 159.2 УК РФ);
— с использованием платежных карт (ст. 159.3 УК РФ);
— в сфере страхования (ст. 159.5 УК РФ).
Толкование, изложенное в Постановлении N 48, поможет судам в формировании правильной и единообразной судебной практики.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 27 декабря 2007 года №51

О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате

В связи с вопросами, возникшими в судебной практике при рассмотрении уголовных дел о мошенничестве, присвоении и растрате, Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:

1. Обратить внимание судов на то, что в отличие от других форм хищения, предусмотренных главой 21 Уголовного кодекса Российской Федерации, мошенничество совершается путем обмана или злоупотребления доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо либо уполномоченный орган власти передают имущество или право на него другим лицам либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другими лицами.

2. Обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество, ответственность за которое предусмотрена статьей 159 УК РФ, может состоять в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям.

3. Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо личными или родственными отношениями лица с потерпевшим.

Злоупотребление доверием также имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить с целью безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него (например, получение физическим лицом кредита, аванса за выполнение работ, услуг, предоплаты за поставку товара, если оно не намеревалось возвращать долг или иным образом исполнять свои обязательства).

4. Мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению.

[1]

Если мошенничество совершено в форме приобретения права на чужое имущество, преступление считается оконченным с момента возникновения у виновного юридически закрепленной возможности вступить во владение или распорядиться чужим имуществом как своим собственным (в частности, с момента регистрации права собственности на недвижимость или иных прав на имущество, подлежащих такой регистрации в соответствии с законом; со времени заключения договора; с момента совершения передаточной надписи (индоссамента) на векселе; со дня вступления в силу судебного решения, которым за лицом признается право на имущество, или со дня принятия иного правоустанавливающего решения уполномоченными органами власти или лицом, введенными в заблуждение относительно наличия у виновного или иных лиц законных оснований для владения, пользования или распоряжения имуществом).

Полный текст доступен после регистрации и оплаты доступа.

Актуализированы разъяснения судебной практики для судов по делам о мошенничестве, присвоении и растрате

В Постановлении содержатся новые разъяснения, в том числе в связи с включением в УК РФ новых статей, предусматривающих ответственность за мошенничество в сфере кредитования, при получении выплат, мошенничество с использованием платежных карт, в сфере страхования и компьютерной информации.

В частности, Пленумом Верховного Суда РФ даны следующие разъяснения:

в случаях, когда лицо получает чужое имущество или приобретает право на него, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи ему указанного имущества или права, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество, возник у лица до получения чужого имущества или права на него;

если в результате мошенничества гражданин лишился права на жилое помещение, то действия виновного надлежит квалифицировать по части 4 статьи 159 УК РФ независимо от того, являлось ли данное жилое помещение у потерпевшего единственным и/или использовалось ли оно потерпевшим для собственного проживания;

мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, признается уголовно наказуемым, если это деяние повлекло причинение ущерба индивидуальному предпринимателю или коммерческой организации в размере десяти тысяч рублей и более;

обман при совершении мошенничества в сфере кредитования заключается в представлении кредитору заведомо ложных или недостоверных сведений об обстоятельствах, наличие которых предусмотрено кредитором в качестве условия для предоставления кредита (например, сведения о месте работы, доходах, финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации, наличии непогашенной кредиторской задолженности, об имуществе, являющемся предметом залога);

вмешательством в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации или информационно-телекоммуникационных сетей признается целенаправленное воздействие программных или программно-аппаратных средств на серверы, средства вычислительной техники (компьютеры), в том числе переносные (портативные) — ноутбуки, планшетные компьютеры, смартфоны, снабженные соответствующим программным обеспечением, или на информационно-телекоммуникационные сети, которое нарушает установленный процесс обработки, хранения, передачи компьютерной информации, что позволяет виновному или иному лицу незаконно завладеть чужим имуществом или приобрести право на него.

Признано утратившим силу Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 N 51.

Некоторые спорные положения о присвоении и растрате в постановлении пленума верховного суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 года № 51 «о судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»

Несомненно, важность и необходимость Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. N 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» очевидны. Во-первых, ранее подобного постановления не существовало, а во-вторых, органы дознания, следствия, суды ежедневно сталкиваются с труднейшими вопросами квалификации присвоений и растрат, требующих единого и однозначного решения.

Но, к сожалению, Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. N 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» не только не ответило на большинство сложных вопросов квалификации, обозначенных в его наименовании, но и добавило неопределенности и противоречивости, подчас доходящих до явного игнорирования устоявшихся теоретических положений науки уголовного права и общей концепции применения уголовного законодательства. Указанные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, к сожалению, внесли еще большую путаницу в правоприменительный процесс.

Читайте так же:  Работа в школе без педагогического образования вакансии

Российская газета. 2008. 12 янв.

На наш взгляд, с некоторыми положениями Постановления, упомянутого выше, трудно согласиться. К таковым относятся:

  1. абз. 1 п. 18 Постановления, где речь идет сразу о нескольких принципиальных моментах: понятии присвоения и растраты, а также о субъекте этих форм хищения. Перегруженность терминов в данном абзаце представляется ненужной и сложной для понимания. Помимо этого, хотелось бы отметить, что в общем определении присвоения и растраты указаны не все признаки хищений, определенные в примечании 1 к ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Так, совершенно необоснованно в данных определениях отсутствует указание на корыстную цель этих противоправных деяний.

Также непонятно, почему в данном разъяснении Пленума Верховного Суда Российской Федерации так и не содержится однозначного понятия субъекта присвоения и растраты. Считаем, правильным было бы установить и на законодательном уровне, что лицом, которому имущество вверено, признается материально ответственное лицо, с которым заключен договор о полной материальной ответственности. Это позволило бы избежать расширительного толкования субъекта этих форм хищений, что очень часто происходит в правоприменительной деятельности;

  1. абз. 2 п. 19 рассматриваемого Постановления, в котором Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал следующее: «Присвоение считается оконченным преступлением с того момента, когда законное владение вверенным лицу имуществом стало противоправным и это лицо начало совершать действия, направленные на обращение указанного имущества в свою пользу». Полагаем, данный состав хищения Пленум Верховного Суда необоснованно ограничил за счет неверно сформулированного окончания данной формы хищения — с момента начала совершения действий, направленных на обращение имущества в свою пользу. Ведь сам Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 11 июля 1972 г. N 4 «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества» указал в абз. 1 п. 10: «Хищение следует считать оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им распоряжаться по своему усмотрению или пользоваться им» .

Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации). М.: Спарк, 2005. С. 91.

Также полагаем, что при отграничении присвоения от растраты целесообразно указать, что последующие неправомерные действия (израсходование, потребление и т.д.) с присвоенным имуществом, над которым уже установлено, хотя бы и на непродолжительное время, неправомерное владение, лежат за пределами состава преступления и не могут рассматриваться как хищение в форме растраты;

Также хотелось бы поставить под сомнение необходимость дублирования в рекомендациях Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. N 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» отдельных положений Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. N 4 «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества» по поводу квалификации кражи, где в абз. 3 п. 2 Пленум разъяснил: «Хищение государственного или общественного имущества, совершенное лицом, не обладающим указанными выше правомочиями, но имеющим к нему допуск в связи с порученной работой либо выполнением служебных обязанностей, подлежит квалификации как кража» .

Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации). М.: Спарк, 2005. С. 92.

Аналогичные указания содержатся и в абз. 2 п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. N 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»: «Решая вопрос об отграничении составов присвоения или растраты от кражи, суды должны установить наличие у лица вышеуказанных полномочий. Совершение тайного хищения чужого имущества лицом, не обладающим такими полномочиями, но имеющим доступ к похищенному имуществу в силу выполняемой работы или иных обстоятельств, должно быть квалифицировано по статье 158 УК РФ» .

Российская газета. 2008. 12 янв.

Приведенные замечания приводят к выводу о том, что противоречивые разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации нуждаются в совершенствовании и доработке. В связи с этим необходимо напомнить о том, что руководящие положения Пленума Верховного Суда носят рекомендательный характер.

Мошенничество, присвоение и растрата

Имущественные преступления одни из самых распространенных.

Зачастую их составы похожи. УК РФ содержит две похожие на первый взгляд статьи — ст. 159 «Мошенничество» и ст. 160 «Присвоение или растрата». Постановление Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» разъясняет судам отличия этих преступлений от других. Стоит уделить особое внимание его изучению, поскольку постановление имеет правоприменительное значение. Давайте рассмотрим, чем отличаются мошенничество, присвоение и растрата.

Разбираем ст. 159 УК РФ

Мошенничество — это хищение чужих ценностей (имущества, денег) или прав на них, которое совершается путем намеренного обмана или злоупотребления доверием жертвы.

Обман выражается либо в даче заведомо ложной информации, либо в сокрытии важных сведений, а злоупотребление доверием — в создании преступником такой психологической обстановки, в которой жертва сама соглашается передать ему свои ценности. Доверие может быть основано на родственных отношениях или служебном положении афериста.

Мошенники не используют физическое насилие или угрозы.

Видео (кликните для воспроизведения).

Преступление считается оконченным, когда аферист завладел чужими ценностями и получил возможность пользоваться ими по своему усмотрению. Как он их получил — особого значения не имеет. Аферист мог использовать подложные документы, прибегнуть к помощи товарищей, создать определенную обстановку и др.

Мошенник — это всегда дееспособный человек. Привлечь его к уголовной ответственности можно с 16 лет. Но есть один нюанс — аферист должен завладеть имуществом или деньгами, которые оцениваются свыше 2,5 тыс. руб. Иначе он просто получит «административку».

Обманом получил дорогое имущество — грозит уголовная статья за мошенничество.

Разбираем ст. 160 УК РФ

Присвоение или растрата — это хищение имущества, при котором злоумышленник получает над ним контроль законным способом, и лишь после совершает незаконные действия.

Присвоение считается оконченным с момента, когда преступник предпринимает попытку распорядиться чужими ценностями в свою пользу. Выделим основные признаки этого деяния:

  • Имущество вверено на законных основаниях

Оно может быть передано по письменному договору или в силу требования закона.

  • Присутствует корыстный мотив

Это значит, что аферист хочет получить личную выгоду от сделки с вверенными ценностями.

  • Отсутствует выплата в пользу правообладателя

Преступник просто забирает вверенное имущество себе.

  • Действия преступника незаконны

Злоумышленник не вправе обращать вверенное имущество в свою пользу.

Типичный пример присвоения — человеку передали деньги, чтобы он положил их на банковский счет. Вместо этого, он оставил их у себя.

Растрата возникает, когда преступник начинает расходовать деньги или реализовывать чужое имущество в своих корыстных целях. Она имеет схожие характеристики с присвоением:

  • преступник владеет вверенными имуществом или деньгами с согласия законного владельца;
  • противоправные действия осуществляются помимо или против воли собственника;
  • цель преступления — получение материальной выгоды или улучшение имущественного благосостояния нарушителя;
  • владелец ценностей не получает материальной выгоды от сделки.

Типичный пример растраты — человеку доверили на хранение дорогостоящую технику, а он ее продал и воспользовался выручкой.

Читайте так же:  План по организации применения профессиональных стандартов образец

Объектом преступления в обоих случаях являются отношения собственности. У преступника имелось чужое имущество, на которые он имел некоторые права, основанные на:

  • гражданско-правовом договоре (аренда, перевозка, хранение);
  • трудовых или служебных отношениях;
  • специальных полномочиях.

Субъектами преступлений являются лица, которые достигли 18-летнего возраста, несут материальную ответственность за вверенное имущество, получили собственность во временное управление или распоряжение на основании официального документа.

Присвоение — это получил чужое имущество и не отдал, а растрата — получил и реализовал (продал, потратил деньги и т.д.).

Наказание и ответственность

Мера наказания злоумышленников зависит от квалификации и тяжести содеянного.

За мошенничество

В зависимости от похищенной суммы и наличия отягчающих признаков преступления, аферисту будет грозить административная или уголовная ответственность.

Если размер ущерба менее 2,5 тыс. руб. — это административный проступок, который охватывается ст. 7.27 КоАП РФ. Наказание — штраф в размере пятикратной стоимости похищенного, административный арест до 15 суток или обязательные работы до 50 часов.

В противном случае будут судить по ст. 159 УК РФ. Санкции уже строже:

  • большой денежный штраф — от 120 тыс. до 1 млн. руб.;
  • обязательные, принудительные или исправительные работы;
  • арест или ограничение свободы;
  • тюремное заключение.

Минимально возможный срок лишения свободы за мошенничество — 2 года, максимальный — 10 лет. Такой большой срок дают за аферу в особо крупном размере (более 12 млн. руб.).

За мошенничество возможна административная или уголовная ответственность.

За присвоение или растрату

За преступление по ст. 160 УК РФ может наступать только уголовная ответственность, идентичные административные составы в КоАП РФ не предусмотрены.

[3]

Наказание последует при любой сумме присвоения или растраты. Мера наказания зависит от размера причиненного ущерба. Он подразделяется на несколько категорий:

  • до 5 тыс. руб.;
  • от 5 тыс. руб. до 250 тыс. руб. (значительный ущерб);
  • от 250 тыс. руб. до 1 млн. руб. (крупный ущерб);
  • больше 1 млн. руб. (особо крупный ущерб).

На судебное решение также влияет наличие отягчающих вину злоумышленников признаков: сговор нескольких лиц, совершение преступления организованной группой, использование аферистом своего служебного положения.

Преступникам грозят следующие меры воздействия:

  • штраф до 500 тыс. руб.;
  • обязательные, исправительные или принудительные работы;
  • тюремный срок (максимум — 10 лет заключения).

Чем больше присвоил или растратил, тем суровее наказание.

Отличие присвоения от растраты

Несмотря на сходство присвоения и растраты, они имеют ряд различий. Суды должны их учитывать при рассмотрении дела:

  • присвоение не связано с неправомерным распоряжением чужим имуществом или деньгами. Нарушитель имеет право ими пользоваться на законных основаниях;
  • при растрате вверенное имущество реализуется разными способами — продается, обменивается для получения выгоды и др.;
  • преступник может совершить как присвоение, так и растрату — одну часть имущества оставить у себя, а вторую продать или обменять.

Хотя разграничение этих преступлений не повлияет на вид и размер наказания, по закону обвинитель должен выяснить и доказать все обстоятельства преступного деяния.

Присвоение и растрата имеют несколько важных отличий.

Отличие присвоения и растраты от мошенничества

Здесь все очень просто. Ст. 160 УК РФ указывает, что между злоумышленником и пострадавшим имеются юридически оформленные отношения по поводу вверенного имущества. При мошенничестве таких отношений нет. Аферисту имущество никто не вверяет, он получает его незаконно.

Мошенник не получал прав на чужое имущество.

Как привлечь за присвоение и растрату?

Чаще всего такие преступления совершаются с имуществом, вверенным работодателем для исполнения трудовых обязанностей. Обнаруживают пропажу путем внутренних проверок, ревизий, аудиторских мероприятий и т.д.

Для привлечения к ответственности владельцу имущества нужно подать заявление в правоохранительные органы. В нем указываются:

  • название учреждения, куда подается обращение (полиция, прокуратура или суд);
  • данные о человеке, которому были вверены материальные ценности или деньги;
  • основания получения виновным лицом имущества от собственника (например, реквизиты договора);
  • обстоятельства, при которых обнаружены незаконные действия;
  • указание на попытку урегулировать вопрос мирно;
  • просьба провести проверку и возбудить уголовное дело;
  • дата и подпись заявителя.

Конечная цель собственника — не только привлечение преступника к наказанию, но и возврат имущества. Если деньги или ценности фактически израсходованы, по гражданскому иску можно взыскать компенсацию его стоимости.

Предприятия за присвоение или растрату не отвечают.

Как привлечь за мошенничество?

Порядок аналогичный — нужно написать заявление в полицию. Укажите в нем свои данные, обстоятельства преступления, проставьте дату и подпись. Заявление можно подать устно или письменно. Но не забудьте взять талон-уведомление о регистрации вашего обращения.

Перед походом в полицию заручитесь доказательствами злодеяния, иначе дело возбуждать не станут. Постарайтесь восстановить в памяти всю цепочку событий и проанализировать детали. Как правило, преступлению предшествует некая подготовка, когда аферист подталкивает жертву к принятию решения о передаче денег или имущества.

Процесс подготовки и реализации аферы оставляет за собой следы:

  • электронные письма, смс, телефонные номера;
  • чеки о переводе средств;
  • номера банковских карт или электронных кошельков;
  • копии документов, которые высылал вам злоумышленник.

Постарайтесь собрать максимум улик.

Иногда после удачной аферы мошенник не исчезает, а продолжает контактировать с жертвой, рассказывая байки о том, что у него сейчас нет денег для возврата долга. Следует продолжить переговоры и постараться их зафиксировать. Лучше привлечь к делу свидетелей, которые смогут подтвердить, что в разговоре преступник не отрицает своей причастности к преступлению (получение денег, имущества или других ценных вещей). Если же вариант разговора при свидетелях не сработал, попробуйте сделать аудио или видеозапись беседы.Но главное — сразу подключите к делу адвоката. Это даст шанс быстро и без проблем наказать виновника.

Постановление Пленума Верховного Суда о признаках преступлений против собственности в сфере предпринимательства (Третьяк М.И.)

Дата размещения статьи: 23.05.2015

В связи с недавним реформированием законодательства об ответственности за мошенничество Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 19 декабря 2013 г. N 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» по-иному формулирует правила установления предпринимательского характера деятельности применительно к преступлениям против собственности, предусмотренных ст. ст. 159 — 159.6, 160 и 165 УК РФ, и, соответственно, выбора мер пресечения лицу, привлеченному к уголовной ответственности за указанные преступления.

Одновременно в уголовном законодательстве в ст. 159.4 УК используется другая формулировка «неисполнение договорных обязательств», т.е. это положение позволяет учитывать многие другие разновидности действий по непосредственному осуществлению предпринимательской деятельности , не перечисленные в п. 1 ст. 2 ГК, но обязательно связанные с заключением договора.
———————————
Не подлежащие точному установлению, так как они определяются прежде всего рынком. В понятии предпринимательской деятельности, которое было дано в Законе РСФСР от 25 декабря 1990 г. N 445-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности», этого перечня не было. Такой подход представляется более верным.

Вместе с тем если лицо, выполняющее функции руководителя и учредителя, заключает, например, договор займа с частным лицом, используя при этом дружественные отношения, то это расценивается в судебной практике как преступление в сфере предпринимательской деятельности. В частности, Юмашева (она же Абдульманова), являясь директором и учредителем ООО, имея умысел на хищение чужих денежных средств путем обмана и злоупотребления доверием, достоверно зная об отсутствии у нее реальной возможности исполнить принятые на себя обязательства, сообщила ранее знакомой П.Л.В. заведомо ложную информацию о якобы успешной коммерческой деятельности, позволяющей ей получать большую прибыль. Зная о наличии у последней денежных средств, Юмашева обратилась к П.Л.В. с просьбой предоставить ей денежный процентный заем в размере 150000 руб. Убедив последнюю в своей финансовой состоятельности и платежеспособности, Юмашева получила от П.Л.В. заем на требуемую сумму. Действия Юмашевой были квалифицированы как мошенничество в сфере предпринимательской деятельности .
———————————
Постановление Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 5 июля 2013 г. по делу N 1-207/2013 // Судебные решения РФ. Единая база данных решений судов общей юрисдикции Российской Федерации: http://www.gcourts.ru/case/14183520.

Читайте так же:  Спортивное огнестрельное короткоствольное оружие с нарезным стволом

Во-вторых, лицо не может являться субъектом этих преступлений, если оно осуществляет предпринимательскую деятельность на основании трудового договора с лицом, зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя .
———————————
См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. N 8. С. 11 — 12.

В-третьих, лицо не может являться субъектом этих преступлений, если оно осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно, но без регистрации .
———————————
Апелляционное определение от 2 июля 2013 г. по делу N 22-1160/2013 // Судебные решения РФ. Единая база данных решений судов общей юрисдикции Российской Федерации: http://www.gcourts.ru/case/14183520.

В-четвертых, если изначально коммерческая организация была создана с целью совершения преступлений, связанных с хищением чужого имущества, и в материалах дела нет сведений об осуществлении какой-либо законной предпринимательской деятельности, а создавалась лишь видимость ведения такой деятельности, то в этом случае отсутствует основание для квалификации деяния как преступления в сфере предпринимательской деятельности . Такое решение также подтверждается судебной практикой, в частности, судебная коллегия не нашла оснований в приведенном случае для переквалификации действий осужденных на ст. 159.4 УК .
———————————
См.: Третьяк М.И. Понимание признаков мошенничества в сфере предпринимательской деятельности в судебной практике // Актуальные проблемы борьбы с преступностью на современном этапе: Материалы 2-й ежегодной научно-практической конференции преподавателей, студентов и молодых ученых СКФУ «Университетская наука — региону» (25 апреля 2014 г.). Ставрополь, 2014. С. 204.
Кассационное определение Московского городского суда от 24 декабря 2012 г. по делу N 22-16448.

В-пятых, не может быть субъектом этих преступлений лицо, если оно «заключает» поддельные договоры . Заключает хотя и подлинные договоры от имени юридического лица, но сопряженные с последующим изъятием и обращением по заранее возникшему умыслу полученного по договору имущества в пользу не юридического лица, а руководителя или работника юридического лица .
———————————
Кассационное определение Московского городского суда от 4 февраля 2013 г. по делу N 22-577/2013; Апелляционное определение Московского городского суда от 29 апреля 2013 г. по делу N 10-2526.
См.: Есаков Г. Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности (ст. 159.4 УК РФ): проблемы применения норм // Уголовное право. 2014. N 3. С. 44.
Кассационное определение Московского городского суда от 25 марта 2013 г. N 22-2162/2013.

Пристатейный библиографический список

1. Есаков Г. Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности (ст. 159.4 УК РФ): проблемы применения норм // Уголовное право. 2014. N 3.
2. Третьяк М.И. Понимание признаков мошенничества в сфере предпринимательской деятельности в судебной практике // Актуальные проблемы борьбы с преступностью на современном этапе: Материалы 2-й ежегодной научно-практической конференции преподавателей, студентов и молодых ученых СКФУ «Университетская наука — региону» (25 апреля 2014 г.). Ставрополь, 2014.

Семь дел, где применили постановление Пленума ВС о мошенничестве

Оплата чужой картой – вопросы квалификации

Пластиковые карты распространяются все шире. Преступлений в этой сфере тоже становится больше. По какой статье их правильно квалифицировать, разъясняет Пленум Верховного суда в Постановлении № 48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Например, если человек использовал чужую карту в банке, магазине, другой организации, это «мошенничество с использованием электронных средств платежа» – при условии, что он говорил сотрудникам, что это его собственная карта, или просто молчал. Самый «простой» состав такого мошенничества предусмотрен ч. 1 ст. 159.3 УК и предусматривает в том числе лишение свободы до трех лет.

Действия Дениса Килина суд сначала квалифицировал как кражу. Килин подобрал на тротуаре чужую карточку и отправился по магазинам. Вводить пин-код не требовалось, так что в итоге он успел потратить порядка 20 000 руб. За это первая инстанция приговорила подсудимого к 1,5 годам лишения свободы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Максимальное наказание по этому составу – шесть лет лишения свободы.

С решением районного суда оказался не согласен Верховный суд Удмуртии. Он напомнил о содержании п. 7 Постановления Пленума № 48. Согласно ему, использование чужой карты надо квалифицировать как мошенничество, если человек говорил сотрудникам магазина, что это его карта, или молчал, что она чужая. Но первая инстанция не разобралась, как Килин расплачивался чужой картой, участвовали ли в этом продавцы и каким образом. Нужно было установить эти факты и определить, было ли это тайное изъятие или мошенничество, указывается в апелляционном определении № 22-528/2019. С такими указаниями апелляция отправила дело на новое рассмотрение.

Похожую ошибку в другом деле исправил Калининградский областной суд. Там Сергей Кипайкин оплатил покупки и онлайн-игру чужой картой на 15 000 руб. Апелляция указала, что таким образом осужденный создал у продавцов впечатление, будто использует ее правомерно. Фактически он обманул их, что имеет право расплачиваться картой. Поэтому областной суд переквалифицировал действия Кипайкина с кражи на мошенничество с использованием платежных карт. В итоге тот получил 1 год и 8 месяцев лишения свободы (дело № 22-1703/2018).

Где будут судить за мошенничество с картами

В п. 5 постановления Пленума говорится о мошенничестве с безналичными денежными средствами. Преступление считается оконченным тогда, когда деньги были списаны со счета, а их владелец потерпел ущерб. Суды используют это разъяснение, когда определяют место совершения преступления и территориальную подсудность. Такой вопрос возник в деле В. Добровольского, который, по мнению следствия, похитил деньги с банковского счета УМВД России по Новгородской области. Дело поступило в Новгородский районный суд.

Но сторона защиты ходатайствовала о том, чтобы перенести рассмотрение дела в Дорогомиловский райсуд Москвы. Адвокат указывал, что Добровольский действовал на территории Москвы и там же организовал дальнейшее движение полученных средств. Кроме того, большинство свидетелей находятся в Москве, обращала внимание защита. Первая инстанция согласилась перенести рассмотрение дела в столицу, но апелляция оказалась другого мнения.

Как напомнил Новгородский областной суд, особенность хищения «безнала» в том, что оно считается оконченным уже в момент изъятия денег. Это значит, что местом совершения мошенничества надо считать место нахождения банковского счета. В случае Добровольского – это Великий Новгород. И нет разницы, где совершены предшествующие действия и где лицо распорядилось деньгами, указала апелляция в Постановлении № 1-206-22-400/2019.

Онлайн-переводы и компьютерные вмешательства

Похитить чужие средства можно и без карты, например, с помощью чужого «мобильного банка» или системы интернет-платежей, обманув владельца. Это кража, но если при этом виновный незаконно не влиял на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами сети. Это разъясняет п. 21 Постановления № 48.

Читайте так же:  Ходатайство о продлении срока проведения экспертизы образец

Эти разъяснения не учел суд первой инстанции, который квалифицировал действия А. Ербягина п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Ербягин использовал «мобильный банк», чтобы переводить себе деньги с чужого счета. Сколько именно, из судебных актов вымарано, указано только, что «ущерб значительный». По п. «г» ч. 3 ст. 158 УК Ербягин получил два года лишения свободы. Но Красноярский краевой суд счел наказание слишком суровым и объяснил это в определении № 22-993/2019.

Апелляция решила, что осужденный совершил «простую» кражу в крупном размере, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК. По ней санкции заметно меньше, чем по п. «г» ч. 3 этой же статьи. Дело в том, что Ербягин пользовался «мобильным банком», но не вмешивался в работу программ, серверов и информационно-телекоммуникационных сетей. Краевой суд убрал этот квалифицирующий признак из приговора и с учетом других смягчающих обстоятельств назначил подсудимому год исправительных работ с удержанием 10% зарплаты.

Компьютерное вмешательство имело место в другом уголовном деле, где судили продавца салона связи «Мегафон» Петра Зволя. С помощью переоформления счетов абонентов он вывел порядка 500 000 руб., принадлежавших «Мегафону». Махинации он проводил в компьютерной базе лицевых счетов. Поэтому районный суд определил преступление как «мошенничество в сфере компьютерной информации» (ч. 1 ст. 159.6 УК). При этом первая инстанция отказалась дополнительно квалифицировать действия Зволя по ч. 3 ст. 272 УК («Неправомерный доступ к компьютерной информации с использованием служебного положения»). Районный суд объяснил свое решение тем, что Зволь использовал доступ к базе данных для реализации преступного намерения завладеть деньгами «Мегафона». То есть эти действия и так входили в состав мошенничества.

Первую инстанцию поправил Самарский областной суд со ссылкой на п. 20 Постановления Пленума № 48. Там содержатся правила квалификации мошеннических действий, которые сопряжены с «неправомерным доступом к компьютерной информации или использованием вредоносных компьютерных программ». Это не только ст. 159 УК «Мошенничество», но и одна из трех специальных статей в зависимости от обстоятельств преступления: ст. 272 («Неправомерный доступ к служебной информации»), 273 («Создание, использование и распространение вредоносных компьютерных программ») или 274 УК («Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации и информационно-телекоммуникационных сетей»). Апелляция сочла, что здесь требуется дополнительная квалификация. Все-таки продавец «Мегафона» неправомерно занимался модификацией охраняемой законом информации, за что предусмотрена ответственность ст. 272 УК, говорится в определении № 22-6541. В итоге дело направилось на пересмотр.

Хищение с подделкой: как квалифицировать

Если мошенник использовал подделки официальных документов, то преступление надо дополнительно квалифицировать по ч. 1 ст. 327 УК, указывается в п. 7 постановления Пленума. По этому пункту наказание за «подделку официального документа, который предоставляет права или освобождает от обязанностей», предусматривает, в частности, принудительные работы или лишение свободы на срок до двух лет. Это в два раза меньше, чем санкция по ч. 2 этой статьи за «те же деяния, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение».

Первая инстанция не учла разъяснения ВС, когда оценивала действия Гуляйлы Омахановой в одном из уголовных дел. Директора ООО «Центр моды и дизайна» осудили за махинации при выкупе муниципального помещения у Махачкалы. С помощью поддельных документов директор хотела «сбить» цену на 1 млн руб. Она предъявила отчеты, которые подтверждали ремонт на эту сумму, хотя на самом деле никаких работ не проводилось, а подписи на бумагах оказались подделаны.

За это Омаханова получила 3,5 года условно (по совокупности за покушение на мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) и «подделку с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение» (ч. 2 ст. 327 УК). Верховный суд Республики Дагестан в целом поддержал приговор районного суда, но поменял квалификацию подделки на ч. 1 ст. 327 УК в соответствии с указаниями Пленума Верховного суда РФ. Это отразилось на итоге дела. Поскольку «дополнительное» преступление небольшой тяжести, то по нему уже успел закончиться двухлетний срок привлечения к ответственности. Поэтому ВС Дагестана освободил Омаханову от ответственности. В апелляционном определении № 22-572 остались только 3 года условно за покушение на мошенничество.

Должностное преступление без должности

Чем отличается мошенничество с использованием служебных полномочий, разъясняет п. 29 Постановления Пленума № 51. В частности, его может совершить лицо, которое использует во вред свои «служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции».

[2]

Для правильной квалификации преступления их необходимо четко определить, напомнил Оренбургский облсуд в уголовном деле Игоря Перепелкина. По итогам такого пересмотра подсудимому удалось добиться смягчения наказания.

Районный суд приговорил его к 2,5 годам в колонии общего режима и штрафам в общей сумме на 750 000 руб. Перепелкина признали виновным в уклонении от уплаты налогов (ч. 1 ст. 199 УК) и покушении на мошенничество в особо крупном размере с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК). Как установило следствие, фактический руководитель ООО оформлял фиктивные поставки и пытался возместить из бюджета более 3 млн руб. НДС. Первая инстанция решила, что Перепелкин совершил мошенничество с использованием служебного положения, потому что он распорядился учредить эту фирму и фактически управлял ею (бизнес был оформлен на родственницу лишь номинально).

Видео (кликните для воспроизведения).

Иного мнения оказался Оренбургский областной суд. Он применил более формальный подход. По документам осужденный в компании никто и никаких полномочий не имеет. «Суд не указал в приговоре, какими служебными полномочиями был наделен Перепелкин и какие он использовал при совершении преступления», – излагается в определении № 22-680/2019. Придя к таким выводам, апелляция уменьшила штраф на 250 000 руб.

Источники


  1. Треушников, М.К. Судебные доказательства / М.К. Треушников. — Москва: СИНТЕГ, 2014. — 272 c.

  2. Марченко, М. Н. Теория государства и права в вопросах и ответах. Учебное пособие / М.Н. Марченко. — М.: Проспект, 2014. — 240 c.

  3. Рыжаков А. П. Защитник в уголовном процессе; Экзамен — М., 2013. — 480 c.
  4. Кутафин, О. Е. О. Е. Кутафин. Избранные труды. В 7 томах. Том 6. Субъекты конституционного права Российской Федерации как юридические и приравненные к ним лица / О.Е. Кутафин. — М.: Проспект, 2011. — 336 c.
  5. Салыгина, Е. С. Юридическое сопровождение деятельности частной медицинской организации / Е.С. Салыгина. — М.: Статут, 2013. — 192 c.
Постановление пленума о мошенничестве присвоении и растрате
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here